Почему Ирак не может справиться с ИГИЛ?

Как армия огромного государства может потерпеть такое поражение от террористической группы?

Можно назвать две важные причины. Во-первых, ИГИЛ — уже не обычный террористический отряд. ИГИЛ ничем не отличается от организованной дисциплинированной военной силы. В их рядах — бывшие офицеры и стратеги армии Саддама. Они обладают современными вооружениями — от танков до ракет. Кроме того, они рьяно преданы делу, которому себя посвятили. Причем настолько, что встают на путь шахида и совершают суицидальные теракты.

Во-вторых, и администрация, и армия в Ираке слабы. После Аль-Малики (Maliki) правительство премьер-министра Хайдера Аль-Абади (Haydar el Abadi) фактически унаследовало руины. Страна погружена в конфликт между суннитами и шиитами. Армия не желает воевать. В Рамади, как и ранее в Мосуле, военнослужащие предпочли бежать, а не сопротивляться до конца.

Кто спасет страну?

То, что иракское правительство уступило Рамади — стратегический центр провинции Анбар, большинство населения которой составляют сунниты, — это тяжелая потеря для администрации Ирака и поддерживающих ее США. Теперь угроза ИГИЛ еще острее ощущается в Багдаде — столице, расположенной в 110 километрах от Рамади.

Однако, как известно, в течение последних нескольких недель правительство Аль-Абади готовило планы по спасению Мосула. Теперь эти замыслы провалились. В данный момент все силы брошены на то, чтобы вернуть Рамади.

Но как это можно сделать? Правительство поспешно направило в регион шиитских боевиков. Все надежды связаны с этими хорошо вооруженными бойцами-шиитами. Как и при битве за город Тикрит…

Но весь фокус в том, что для суннитов в этом регионе (и особенно суннитских племен) шиитские бойцы — не «спасители», а чуть ли не враги.

Пропасть между суннитами и шиитами настолько глубока, что сунниты не желают помощи шиитов в избавлении от ИГИЛ. Вместо этого суннитские племена хотят сами воевать с ИГИЛ и требуют от правительства обеспечить их оружием.

До настоящего момента иракское правительство игнорировало эти требования. В результате сунниты в провинции Анбар потеряли уверенность и надежду на спасение. Многие были вынуждены покинуть свои дома. Сейчас на подступах Багдада можно видеть тысячи изнуренных беженцев, которые ждут, когда им разрешат войти в столицу…

А что дальше?

Падение Рамади — свидетельство неспособности и беспомощности иракского правительства.

Если шиитские боевики смогут вернуть Рамади, это станет победой только в одном бою затяжной войны. При этом для успеха в борьбе с ИГИЛ нужно, чтобы Ирак сам собрался с силами, чтобы суннито-шиитские трения прекратились, а правительство в Багдаде выработало политику, которая принимала бы во внимание интересы всех групп в Ираке.

В противном случае ИГИЛ, воспользовавшись мазхабными конфликтами и властным вакуумом в Ираке (а так они делают везде, где сегодня царят нестабильность и хаос — от Сирии до Ливии и Йемена), — продолжит свою экспансию.

«Milliyet», перевод ИноСМИ