Муфтий Татарстана: «Строить мечети надо с умом»

Интервью муфтия татарстана Гусмана хазрата Исхакова республиканским СМИ по случаю наступления Священного месяца Рамадан.

Сегодня наступил священный месяц Рамадан — событие, которого с трепетом ждали мусульмане всего мира. В преддверии этого праздника мы взяли интервью у муфтия Татарстана Гусмана хазрата Исхакова. Беседа прошла, как писали раньше, «в теплой и дружественной обстановке» — за чаем с татарскими сладостями… Муфтий оказался на редкость живым и приятным собеседником, имеющим оригинальный взгляд на многие проблемы.

— Гусман хазрат, как известно, пост — испытание не только тела, но и духа. Какое значение эти 30 дней имеют лично для вас?

— В течение этих священных дней я испытываю себя, так же как и другие мусульмане. Знаю многих людей, которые в месяц Рамадан бросили пить и курить… Знаю и тех, кто в обычные дни, мягко говоря, «шалит» (прелюбодействует, сквернословит…), а в этот период ограничивает себя довольно жестко. Месяц Рамадан — хороший повод начать новую жизнь.

— Какие в этом году требования к закяту?

— Выплата закята по канонам ислама — это восстановление общественной справедливости: богатый жертвует бедным. Если бы каждый состоятельный мусульманин следовал этому требованию, наше общество не было бы так явно расслоено на олигархов и нищих. Отдавая часть своих сбережений нуждающимся, мусульманин «очищает» свои деньги и защищает их от кражи и прочих несчастий.

Мы решили, что в этом году размер закята должен составлять 2,5 процента от сбережений мусульманина. Но выплачивать его нужно только в том случае, если эти сбережения составляют не менее 80 тысяч рублей. Тем, у кого нет в запасе таких денег, платить закят не нужно.

Остальные могут ограничиться выплатой «фитра садака» — это обязательное пожертвование, осуществляемое в конце месяца Рамадан. В этом году размер садаки — 50 рублей. Отдавать ее нужно сиротам, вдовам, в общем, всем нуждающимся… Обратите внимание — именно нуждающимся, а не на строительство мечети и пр. Есть также «фидья», составляющая 100 рублей — это «откупные» человека, который не может держать пост из-за серьезных проблем со здоровьем. Если есть возможность, то «фидью» нужно выплачивать каждый день. Назначение этого пожертвования — продукты для тех, кто держит пост (на «сухуру» — утренний завтрак до рассвета или разговение после захода солнца). Можно сразу отнести 3 тысячи рублей (за все 30 дней поста) в какое-нибудь медресе или просто накрыть стол для разговения и пригласить в гости не менее 30 постящихся.

— Много ли у нас в республике людей, которые могут выплачивать закят?

— Отвечу на этот вопрос так. Однажды я был на приеме у министра экономики (не буду говорить какого) и рассказал ему о нашей системе закятов. Выслушав, чиновник заметил: если бы закят платил каждый богач Татарстана, то ДУМ РТ было бы самым богатым учреждением республики (в управлении есть специальный комитет по сбору закятов).

— Обязательно ли отдавать закят именно в ваш комитет?

— Нет, конечно! Комитет здесь выступает всего лишь в роли посредника, помогает тем благодетелям, которые не знают, куда лучше всего направить эти деньги. Отдавайте их тем, кому считаете нужным — соседям, родственникам…

Поверьте, у того, кто отдает милостыню, не убудет. Знаю это по себе. К нам в ДУМ РТ часто обращается за помощью одна женщина, у которой 13 детей. Все они — примерные последователи ислама. Я заметил, что каждый раз после того, как мы ей помогаем, наши финансовые дела поправляются: нам возвращают долги или наконец-то перечисляют обещанные деньги. Хотите верьте — хотите нет…

— Сейчас часто говорят: «Помочь одному человеку лучше, чем построить мечеть…». Что вы думаете по этому поводу?

— Слишком категоричное высказывание, но отчасти справедливое. Строить мечети нужно, но с умом. А то сегодня это в какое-то соревнование между богачами превратилось: кто больше построит. В итоге в одной деревне на 15 домов по 3 — 4 мечети стоят! Зачем их столько? Всего в Татарстане сегодня более 1300 мечетей, в последнюю неделю перед Рамаданом мы присутствовали на открытии еще шести. В среднем каждые десять дней в Татарстане открывается одна мечеть. Но где взять столько имамов? Мы ощущаем серьезную нехватку кадров.

— Гусман хазрат, несмотря на то что мечетей и верующих становится все больше, количество социальных проблем не уменьшается. Вот и Президент России обеспокоился тем, что народ спивается…

— Никто и не обещал быстрого оздоровления общества с помощью религии. Может, вам и незаметно, но лично я вижу: ислам, как круги на воде, распространяется среди нашего поколения, поколения наших детей. К исламу, к здоровому образу жизни приобщаются наши зятья, невестки… Но для того чтобы результаты нравственного очищения народа стали очевидны, должны пройти десятилетия…

— Насколько серьезной вам кажется проблема, с которой сталкиваются мусульманки, носящие хиджаб? Говорят, платок мешает им устроиться на работу…

— Не вижу здесь никакой проблемы. Дело не в платке. Я знаю многих женщин, которые носят хиджаб и при этом успешны в карьере. А когда я вижу по телевизору мусульманку, заявляющую на весь Татарстан о том, что ее уволили из-за хиджаба, у меня возникает вопрос к ее отцу или мужу: почему они позволили ей публично заявлять о своих проблемах? Позор им. Женщина не должна бороться за свои права. Женщина — нежное и хрупкое существо, которое должно быть защищено широкой, сильной, надежной (не обязательно богатой) спиной мужчины. На женщине и так огромная работа: хранить тепло домашнего очага, воспитывать детей. Если уж возникла потребность в дополнительном источнике денег, муж сам должен пойти и устроить жену на работу. А в случае проблем — бороться за справедливость.

— Каково ваше отношение к многоженству в Татарстане?

— (Смеется). Вот вы сами позволили бы своему мужу взять вторую жену?

— Нет.

— Вот именно. Многоженство в исламе разрешено, но оно противоречит нашему обрусевшему менталитету. У татар есть поговорка: отдать мужа — значит, отдать сердце. У богачей-арабов многоженство в порядке вещей: одна жена на одной вилле живет, вторая — на другой. У нас же бывает две-три жены живут в однокомнатной квартире. Это не ислам. Это просто издевательство над женщиной.

— А у вас сколько жен?

— Одна, от которой пятеро детей. Уже и внуки пошли. Я бы, может, с удовольствием взял себе вторую молодую жену, но, во-первых, религиозные убеждения моей супруги не настолько сильны, чтобы она позволила мне сделать это (смеется). Во-вторых, я трезво оцениваю свои силы. На двух жен меня, пожалуй, не хватит (заливается смехом).

Беседовала Венера БЕЛЯЕВА вкладка в районные газеты

«Событие недели»